This book by the renowned Russian linguist and semiotician Nikolai Mikhailov Николай Александрович Михайлов (1967–2010) is now published posthumously, more than ten years after his death. Presented ...is analytic overview of numerous past studies on Slavic and Balto-Slavic mythology. Included are works written by scholars of Slavic mythology based on written sources as well as on findings from folklore, linguistics, and archaeology. The first analysed is the work of the Lusatian-Serbian author Michael Frenzl on Slavic idols, which was written as early as 1691 but not published until 1719. It is followed by treatises and monographs that span across three centuries. The so-called original sources (reports of chroniclers, archaeological sources) may be incomplete and obscure, yet they are in this book again critically analysed. The author reconstructed the mythology of various Slavic nations partly also through the remnants of paganism that have survived to this day in various and often highly modified forms.
Ovidij Ovid; Polonca Zupančič
Keria: Studia Latina et Graeca,
12/2021, Letnik:
23, Številka:
2
Journal Article
Recenzirano
Odprti dostop
Pismo v verzih, ki ga piše Paris Heleni, spada v drugo skupino Ovidijevih Pisem junakinj in je verjetno nastalo med letoma 4 in 8: medtem ko je za prvo serijo pisem značilno, da gre za enostranska ...pisma razočaranih in večinoma zapuščenih ženskih likov iz mitologije, slednjo sestavljajo pisma treh zaljubljencev, ki izpovedujejo svojo ljubezen, sledijo pa odgovori izbrank.
Ovidij Ovid; Polonca Zupančič
Keria: Studia Latina et Graeca,
08/2021, Letnik:
23, Številka:
1
Journal Article
Recenzirano
Odprti dostop
Ojnonino pismo Parisu spada v prvi del Ovidijeve mladostne zbirke z naslovom Pisma junakinj, ki je nastala pred letom 15 pr. Kr. V tej zbirki se je Ovidij prelevil v ženske like iz grške mitologije, ...ki pišejo svojim ljubimcem – gre za enostranska pisma, v katerih pesnik večinoma upodablja zapuščene ženske, ki objokujejo svojo usodo, trpijo zaradi povzročene krivice in z izjemno retorično spretnostjo zaman prepričujejo svoje nesojene ljubimce, naj se vrnejo nazaj.
Autori članka su nastojali prikazati iskustvo blizine smrti kako ga interpretira Guardini u Platonovim dijalozima između Sokrata i njegovih vjernih učenika koji ne prihvaćaju odluku svog učitelja i ...prijatelja. Guardinijeve interpretacije pisane u maniri filozofske analize Sokratovog stanja uma, daleko su od psihološkog analiziranja Sokratovih emotivnih stanja. Guardini razotkriva Sokratovo suočavanje s tajnom smrti kao filozofa. Autori su usredotočeni na dijaloge koje Sokrat vodi sa svojim učenicima, i kako Platon, kao kroničar ovih događaja i njegov učenik opisuje ovaj konflikt koji Sokrat doživljava, kako sa samim sobom, tako i sa svjetonazorom njegovih učenika kojeg uvjetuje mitološko, političko i filozofsko značenje smrti. Sukladno temi, članak je podijeljen na četiri dijela. Prvi upoznaje čitatelja s filozofsko-religijskim značenjem smrti, u drugom razotkrivanja mitološkog poimanja smrti u dijalozima Sokrata s Eutifronom, sucima i Kritonom. U trećem dijelu, autori iznose argumente zašto je dijalog s Fedonom najrelevantniji od četiri dijaloga glede pitanja iskustva blizine smrti. U četvrtom dijelu iznose se razlozi zašto je Guardinijeva interpretacija Sokratove smrti važna za kasniji razvoj njegovog filozofskog opusa.
«ЧЕРТОВО КРЕСЛО» (ОКРУЖЕНИЕ МИФОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРСОНАЖЕЙ ВО ФРАЗЕОЛОГИИ: ДОМ, УСАДЬБА, КОСТЕЛ)
Резюме
На основе анализа 119 фольклорных фразеологизмов делаются следующие выводы: 1) фразеологические ...единицы, в состав которых входят названия мифологических персонажей и разных с ними связанных вещей (построек, их частей, компонентов домашнего интерьера) имеют фольклорное происхождение: их мотивация зависит от широкого фольклорного и этнологического контекста, мифологических воззрений; 2) совокупность таких фразеологизмов указывает на то, что в мифопоэтической модели мира одновременно с мифическими существуют и явления повседневной человеческой жизни: обычно один из компонентов фразеологизма является названием мифического существа, а другой – названием «нормального» обьекта действительности; 3) язык, будучи более консервативным, чем культура, при помощи внутренней формы фразеологизмов своеобразно фиксирует архаические фольклорные реалии, превращает их в стереотипы и применяет для характеризования разных вещей и явлений.
«БОЖИЙ ПИРОГ» (ВЕЩИ МИФОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРСОНАЖЕЙ ВО ФРАЗЕОЛОГИИ: ЕДА И ПИТЬЕ)
Резюме
Настоящая работа является продолжением предыдущей статьи, см. (Jasiūnaitė 2007) и вместе с ней относится к циклу ...исследований, посвященных этнолингвистическому анализу литовской диалектной фразеологии. В статье с этнолингвистической точки зрения описаны две лексико-семантические группы фразеологических единиц: 1) фразеологизмы, в состав которых вместе с названиями разных мифологических персонажей входят и названия традиционных литовских блюд; 2) фразеологизмы, в которых вместе с названиями мифических существ употребляются названия традиционных напитков. Анализ показал тесную связь между литовской диалектной фразеологией и разными явлениями народной культуры.
«БОГ ОБУВАЕТСЯ» (ВЕЩИ МИФОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРСОНАЖЕЙ ВО ФРАЗЕОЛОГИИ: ОДЕЖДА И ОБУВЬ)
Резюме
Настоящая статья является третьей частью цикла работ по этнолингвистике, посвященных фразеологическим единицам, ...в которые вместе с названиями мифологических существ входят и названия вещей: в нашем случае предметов одежды и обуви. Анализ показал, что практически каждая фразеологическая единица, лексический состав которой указывает на связь с явлениями народной культуры, может восприниматься как своеобразный небольшой текст – «микротекст». Направленность исследования такого рода можно выразить при помощи следующей схемы:
«ВЕДЬМИНА МЕТЛА» (ОРУДИЯ МИФОЛОГИЧЕСКИХ ПЕРСОНАЖЕЙ ВО ФРАЗЕОЛОГИИ)РезюмеВ настоящей работе предпринята попытка этнолингвистического анализа диалектной фразеологии литовского языка. На этот раз ...исследуются фразеологические единицы, в которых употребляются названия орудий труда, обычно являющихся атрибутами разных мифологических персонажей. В ходе анализа выяснилось, что часть таких фразеологизмов связана с общеевропейской религиозной традицией, а другая часть подобных языковых стереотипов появилась из-за популярности некоторых фольклорных сюжетов, народных поверий и обрядов. Важную роль при появлении подобных фразеологических единиц играет символический язык вещей.